stogarov (stogarov) wrote,
stogarov
stogarov

Categories:

Детский поэт Окуджава

Две записи на страницах моих знакомых сошлись сегодня в моей голове и вызвали некоторые размышления . Один мой знакомый, хороший поэт ("хороший" - это не тот у которого нет плохих стихов, а тот , у которого случаются хорошие, что дело в литературе не частое) любит поносить Булата Окуджаву. В основном, за "шестидесятнические" взгляды. Но и за стихотворения тоже.

А вторая запись была про русскую детскую поэзию 20 века. И я подумал, что не обязательно всем поэтам быть взрослыми. Ведь искусство имеет дело с эмоциями, а какие эмоции сравнятся с детскими? Разве что любовные. Но вот именно что сравнятся. В детстве любовных эмоций много, если не все. Вот и Булат Окуджава мог остаться мальчишкой. Может, именно из-за этого приобрел свою внешнюю желчность. Подростку ведь не сладко в населенном жлобами взрослом мире. Он хороший детский писатель.

Недаром он так нравился мне в школьные годы. Помню, читал я в каком-то толстом журнале "Путешествие дилетантов". Был в восторге. Лет через тридцать купил книжку. Не пошло. Показалось детским. Вот именно!

И лучшие стихи Окуджавы - детские. Мой знакомый любит издеваться над "виноградную косточку в теплую землю зарою..." Ну, так ведь это детские ощущения - как руками зарываешь что-то в землю. Или вот
"Вслед за императором едут генералы,
генералы свиты, славою увиты,
шрамами покрыты, только не убиты.
Следом -- дуэлянты, флигель-адъютанты.
Блещут эполеты.
Все они красавцы, все они таланты,
все они поэты".
Это же солдатики расставлены. И описание детское.


А вот любовная лирика:

"Тьмою здесь все занавешено
и тишина как на дне...
Ваше величество женщина,
да неужели — ко мне?

Тусклое здесь электричество,
с крыши сочится вода.
Женщина, ваше величество,
как вы решились сюда?

О, ваш приход — как пожарище.
Дымно, и трудно дышать...
Ну, заходите, пожалуйста.
Что ж на пороге стоять?

Кто вы такая? Откуда вы?
Ах, я смешной человек...
Просто вы дверь перепутали,
улицу, город и век".

Я его в школе наизусть выучил, так мне нравилось. Конечно, это детский взгляд на любовь. Романтический, со всей свойственной романтизму литературностью.
Или "Старый пиджак":

"Я много лет пиджак ношу.
Давно потерся и не нов он.
И я зову к себе портного
и перешить пиджак прошу.
Я говорю ему шутя:
"Перекроите все иначе.
Сулит мне новые удачи
искусство кройки и шитья".
Я пошутил. А он пиджак
серьезно так перешивает,
а сам-то все переживает:
вдруг что не так. Такой чудак.
Одна забота наяву
в его усердьи молчаливом,
чтобы я выглядел счастливым
в том пиджаке. Пока живу.
Он представляет это так:
едва лишь я пиджак примерю -
опять в твою любовь поверю...
Как бы не так. Такой чудак".
Школьнику, обдумывающему житье, ляжет на душу сентенция "жизнь, как пиджак, не перешить". Взрослому она покажется несколько детской. Да, собственно, это же лирический герой играет с порртным в ателье. "На золотом крыльце сидели царь, царевич, король, королевич, сапожник, портной, говори, кто ты будещь такой".
Или вот где ребенок узнает про своего персонального Иисуса, как не в стихотворении Окуджавы "Молитва Франсуа Виньона":
"Пока земля ещё вертится,
Пока ещё ярок свет,
Господи, дай же ты каждому
Чего у него нет:
Умному дай голову,
Трусливому дай коня,
Дай счастливому денег
И не забудь про меня.
Пока земля ещё вертится, -
Господи, твоя власть! -
Дай рвущемуся к власти
Навластвоваться всласть.
Дай передышку щедрому
Хоть до исхода дня,
Каину дай раскаянье
И не забудь про меня.
Я знаю - ты всё умеешь,
Я верую в мудрость твою,
Как верит солдат убитый,
Что он проживает в раю.
Как верит каждое ухо
Тихим речам твоим,
Как веруем и мы сами,
Не ведая, что творим.
Господи, мой боже,
Зеленоглазый мой!
Пока земля еще вертится
И это ей странно самой,
Пока еще хватает
Времени и огня,
Дай же ты всем понемногу
И не забудь про меня.
Дай же ты всем понемногу
И не забудь про меня".
Или вот мое любимое "Прощание с новогодней елкой":

Синяя крона, малиновый ствол,
звяканье шишек зеленых.
Где-то по комнатам ветер прошел -
там поздравляли влюбленных.
Где-то он старые струны задел -
тянется их перекличка...
Вот и январь накатил, налетел,
бешеный, как электричка.
Мы в пух и прах наряжали тебя,
мы тебе верно служили,
громко в картонные трубы трубя,
словно на подвиг спешили.
Даже поверилось где-то на миг
(знать, в простодушье сердечном):
женщины той очарованный лик
слит с твоим празднеством вечным.
В миг расставания, в час платежа,
в день увяданья недели
чем это стала ты нехороша?
Что они все, одурели?
И утонченные, как соловьи,
гордые, как гренадеры,
что же в надежные руки свои
прячут твои кавалеры?
Нет бы собраться им, время унять,
нет бы им всем расстараться.
Но начинают колеса стучать:
как тяжело расставаться.
Но начинается вновь суета.
Время по-своему судит.
И в суете тебя сняли с креста,
и воскресенья не будет.
Ель, моя ель - уходящий олень,
зря ты, наверно, старалась:
женщины той осторожная тень
в хвое твоей затерялась.
Ель моя, ель! Словно Спас на крови
твой силуэт отдаленный,
будто бы след удивленной любви,
вспыхнувшей, неутоленной".
Господа ниспровергатели, у вас что, елки в детстве не было? Вы елку ругать будете? Окститесь.
Так что если вы думаете, что детская поэзия - это Агния Барто, то это поэзия для детского сада. А для более взрослого детства - Окуджава. Так что руки прочь от детской литературы. Идите что ли маркиза де Сада с Лаканом разбирайте. Хотя и там детского много.
Tags: Окуджава, литературоведение
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment